Як інколи хочеться зробити правильний вибір... Як хочеться піти від холоду і льоду просто на сонячний теплий берег світового океану. Зануритись в себе. Тільки всередині - відповіді на всі запитання. Там нічого не потрібно пояснювати, а тільки слухати, як шелестять хвилі внутрішнього я, до якого забуваєш дослухатися... 

Вже проходять життя - ти рахуєш хвилини.

Ця самотність - гнучка, дерев’яна любов.

Ми сховаємо лід, як ховали світлини.

Надірвалась струна, надривається шов.

В когось гордість – сліпа, в когось серце холодить

Промінь правди проб’є покороблену суть

І для когось звучить недоспівана сповідь

А на когось шляхи непідкорені ждуть…

Worskla trip' 2014. Знакомство с каякингом

Вот живешь себе спокойненько и считаешь, что увлечений у тебя достаточно, дни насыщенны и многогранны. Попробовать что-то новое? Да что вы! Разве может быть что-то интересней педалей и ветра в спину, веревки и пропасти, кроссовок и грунтовки? Но частенько в жизни задаешься вопросом, не пора ли открыть для себя неизведанную стихию – например, водную. Подобные вопросы иногда приводят к тому, что рано или поздно нужно будет писать отчет о веслах и сухом месте, точнее рассказ, так как официальные отчеты писать не люблю.

Для всех собравшихся пройти посвящение в каякеры наиболее актуальными в последнее время были педали велосипеда, а держать в руках весло большинству ещё не приходилось. Поэтому это большинство не особо задумывалось о том, что махание веслами может требовать какой-то техники, и не заложено в нашу физическую рефлексию, и что это может быть не совсем легко и беззаботно, поскольку самое незначительное течение перед завалами может стать неприятной западней, и что вещи могут так легко впитывать воду...

Байдарка «Ихтиандры»: Серый или Белый (руководитель похода) и Алёнка (завхоз)

Байдарка «Свободу – планктону»: Вова (механик) и Ольга (медик)

Байдарка «Похитители черепах»: Рома (штурман) и Оля (летописец)

День первый. Старт – с. Климентовое, Полтавская обл., р. Ворскла. Вот мы на берегу возимся с арендованными, уже привезенными к месту старта, байдарками: женщины дефилируют с веслами в спасжилетах,

мужчины деловито копошатся «на палубе».

 Слушаем короткую инструкцию. Затем, каким-то невероятным образом садимся под раскачивание этих неустойчивых суден. 

Всё теперь по-взрослому – и течение, и возможность перевернутся от резких движений. Начинаем зигзагообразно грести по нашему треку. В это время нас попытался испугать дождик, но под брызгами и от зашкаливающих эмоций его не заметили –  тучи обиженно улетучились, пообещав вернуться в более подходящий момент.

Именно этот день был в итоге самым сложным. Не понимая, как управлять каяком, содействовать в команде, мы очень неохотно встречались в своём пути с корягами, бревнами, мелью, завалами, свисающими ветвями деревьев. Рома, например, почему-то эмоционально реагировал, когда я, проходя в 10 см. от коряги, констатировала: «О! Коряга!» Длительные споры о том, с какой стороны лучше обойти бревно заканчивались агрессивным выгребанием в последний момент во избежание встречи с преградой.  Был момент, когда нос и корма байдарки застряли между двумя подводными пнями. На Ворскле встретились очень маленькие, но пороги, точнее перекаты. Нам всем они пришлись по душе. Случалось, что-то гладило дно нашей Yellow Submarine – то, что невозможно было увидеть в воде (от таких моментов временно останавливалось сердечко). Очень страшно было впервые на ходу не вписаться в поворот и въехать в борт сотоварищей. Плавать-то умеют все, а картина плавающих вещей не сильно вдохновляла на эксперименты. Ещё мы почувствовали, что значит "сесть на мель" в прямом смысле. Исходя из всего этого, прошел обмен вредными советами на тему, как можно перевернуть байдарку: 1) полюбоваться своим изображением, нагнувшись над гладью реки; 2) проходя под ветвями, синхронно наклониться в одну и ту же сторону. Конечно, мы не дошли до автоматизма в данных навыках, и равновесие в итоге возвращали, но руководитель похода решил-таки искупаться. Проходя под ветвями, Алёнушка пригнулась, а Белый не вписался в этот тоннель и с грациозностью ихтиандра ушел за борт.

Первомай заявлял о себе каждой молекулой воздуха, пахнущего черемухой, наполненным пением птиц самого разнообразного оперения и голосов. Свежая зелень и мягкие, с серебристым отливом, волны оказывали умиротворяющее действие. Брызги охлаждали вопреки теплому солнцу. Вот так мы и плыли шли, а по оба берега двигались, но в противоположном направлении, сказочные пейзажи. Хочешь – вот тебе лес, сосновый бор, или пятнистые стройные березки. Может, предпочитаешь поле и камыш, или тебя порадуют мосты, базы отдыха и купола храмов? Вот и песчаные пляжи, болотца с какафонией лягушек: «Крекс-Пекс-Фекс!».  А вот - холмы, обрывы, или заросли кустарника…

Не мы одни решили испытать себя в водах Ворсклы. В первый день встречалось немало групп. Попадались рыбаки и отдыхающие.  Последние рады были поздороваться на новый лад «Слава Україні!» и получить «правильный» ответ. Когда у нас силы были на исходе, приходило чувство голода, отвечали только грустным «Героям – сала…»

Передвигаясь по Ворскле, не трудно найти места для обеда, или ночевки. Часто попадаются красивые полянки со столиками. Мусор там отсутствует (это можно написать большими буквами). В первый день большая часть нашей группы открыла пляжно-купальный сезон.

Еще одним важным открытием было то, что правильные лопасти весел – это когда одна лопасть смотрит вниз, горизонтально, а другая – вертикально. Нам попались разные орудия для гребли, и хозяин снаряжения подсказал, что при желании «неправильные» весла, которые смотрят в одну сторону и не регулируются, можно зафиксировать посередине скотчем в нужном положении. Мы так и сделали. Сначала было непривычно от того, что весло нужно прокручивать, а потом даже стало удобней. Возникла еще одна проблема – передний бился локтем о борт, но этот вопрос решается более высокой посадкой – можно положить на сидение спасжилет, или опустить надувную спинку на седло и сесть сверху – вот и находишься выше, и грести гораздо комфортней.

Под конец дня пропали экстремальные виражи, отшлифовались навыки, стало понятно, что нужно махать веслами в такт – поэтому можно было устроить драг-рейссинг по прямой.  Продержаться долго в таком темпе было тяжело для новичков. Но скорость и щекочущее нервы раскачивание того стоило.

Перед ночевкой набрали воду в колодце частного дома, возле базы отдыха, нашли чудесное место под кронами деревьев, где, конечно, стоял столик, и было идеально чисто. Как положено на 1 мая, мы наслаждались шашлыком, приготовленным нашим штурманом, который не только знает, куда поворачивать на развилке, а и делает потрясающее мясо, что можно скушать вместе с пальцами.

День первый, 1 мая (12:00 Климентовое – 19:50 начало национального природного парка Гетьманский, перед с. Журавное)

Дистанция – 27,64 км

Ср. скорость – 5,4 км\час

Макс. Скорость – 10,5 км\час

Время в пути – 5 ч. 08 мин.

День второй. Над спокойствием теплой молочной реки, стоял белый туман (Ворскла –скиф. «урс – белый, тюрськ. «кол» - река, долина).

 Вскоре солнечный свет придал контраста туманному спокойствию, пробуждая местных жителей – птичек, зайчиков, лисичек, насекомых и нас…

В этот день тело упрямо протестовало против гребли крепатурой. Но нам нужно было ударно поработать, чтобы нагнать километры. Не забывая, что мы должны ещё и наслаждаться природой и отдыхом, остановились на чудной поляне для фотосессии и плетения венков из кульбабы… 

Вова был увлечен поиском речных чудищ.

Дальше над рекой появились нависающие ивы. Вода стала спокойной, течение почти не несло каяк. 

Гладь воды местами была укрыта пухом, словно кто-то устроил бой подушками. В этом тенистом месте, где, наверное, водится планктон, Вова снова достал удочку.

Вот и завал – мы у первого на пути обноса. Здесь у меня произошло знакомство с явлением, что я не встречала. Красиво цветущая яблонька гудела от количества пчел на ней – по звуку это сходило на завод по опылению.

На обносе нас догнала группа байдарочников. Дальше в пути мы не встречали компаний водных туристов за исключением мужчины на одноместной байдарке (ми виделись с ним очень часто) и человека на лодке с велосипедом, идущего вверх против течения.

Ближе к обеду появились дождевые тучи. Заблаговременно натянув тент, нам удалось покушать и переждать небольшой ливень. Оставалось только поработать мочалкой, извлекая дождевую воду с палубы…  

Питьевую воду для ночевки набирали в населенном пункте, но такого нужного в этот момент продуктового магазина там не оказалось. Но девушкам очень понравилось, как мужчины вскарабкались по плитам, лежащим под очень крутым углом. Здесь я впервые попробовала управлять лодкой без напарника: прошла между опорами моста, пришвартовалась к берегу и поняла, что отсутствие тяжести мужчины делает судно податливым.

Река становилась всё шире и спокойнее, грести было так, словно плывешь по смоле – это стало показателем близости плотины. 

Из особо красивого, что мы видели в этот день, вспоминаю пару лебедей и радугу. Удалось сфотографировать только радугу, и то - благодаря дружественному давлению на Рому всем женским коллективом, (ведь он очень неохотно доставал фотоаппарат в таких условиях).

Когда казалось, что мы «приплыли» в прямом и переносном смысле (боль в мышцах и усталость позволяли грести только с огромным страданием), Белый сказал нам, что нужно сделать еще десяточку и всё… Умом понимая, что надо, и уговаривая тело, удалось сделать этот неподъемный минимум ходового дня. Но некоторые так, как-то невзначай и на всякий случай, спросили Рому о вариантах схода, если мы не будем успевать на поезд. Ответ успокоил.

На место стоянки подошли изнеможенные. Алёнина солянка, невероятно вкусная, привела в чувства, но завтра нам нужно было стать на воду таким же ранним утром.

День второй, 2 мая (8.30 стоянка перед с. Журавное – 20.10 за с. Млинки)

Дистанция – 43,08 км

Ср. скорость – 6,0 км\час

Макс. Скорость – 9,8 км\час

Время в пути – 7 ч. 10 мин.

День третий. Вова разбудил нас сообщением о том, что уже 6:20, мы проспали. Я поставила палатку возле берега так, чтобы утром открыть второй выход и посмотреть на реку. Именно так и сделала – и не ошиблась с предположением, что вид будет потрясающим. Развилась дискуссия на тему, смотрят ли туристы-водники на реку с таким же умилением, как любуемся ею мы. Но Рома навел весомый аргумент: «Да, а альпинисты, смотрят в другую сторону, лишь бы не видеть горы, так как они во где стоят!» Удачный сарказм развеял все сомнения и тут мы, уже второй раз, увидели седовласого мужчину на байдарке. Удалось его разговорить. Уж он, наверное, знает толк во всей этой красоте… Оказалось, этот человек делает в день 40-50 км,  передвигаясь по Ворскле с её тихим течением, по его словам, «как по канаве».

Вот теперь-то грести стало веселей и, наконец, это занятие всё больше напоминало отдых. И следить за идущими на других байдарках стало более приятно - буквально можно было любоваться синхронной, слаженной работой. Но если грести очень быстро, в корму заливается вода, а загребному можно устроить душ.

В начале маршрута этого дня попалась плотина, и мы дружно и очень ловко осуществили обнос. Дальше Рома заметил дерево, подточенное бобрами, и поставил себе цель - во время этого сплава непременно увидеть бобра.

Ещё нам удалось спонтанно создать целый плавучий остров из байдарок, когда завхоз Алёна предложила всем получить привальные вкусности, а выходить на берег никто не хотел. Вот так мы стали борт о борт, положив поперек байдарок вёсла. 

Чтобы привальное получил тот, кто сидит далеко (напарники в одной лодке не могут пересыпать орешки из ладони в ладонь), надо было передвигать этот мудреный конвейер. Было весело, пока течение нас не развернуло на 180 градусов, и этот айсберг устремился прямо в берег.

Отдельная тема в водном туризме – встречный ветер (в простонародье – «мордодуй»). Иногда, когда почти отсутствует течение и ветер дует в лицо, лодку несет задом против течения. Но это бывает только на самых «упрямых» участках. Мордодуй может создавать волны, отчего кажется, что двигаешься очень быстро, пока не посмотришь на береговую линию.

Здешние места, в самом деле, были очень красивыми – река сильно разливалась вширь, отчего часто казалось, что гребёшь по какому-то озеру. Запомнился невероятно привлекательный санаторий, или база отдыха, в сказочном лесу, где виднелись избы с дерева. Было много облагороженных и чистых стоянок. Мы проходили заповедники и заказники – места, которые очень сложно описать словами. Так, наслаждаясь каждым моментом, мы добрались до следующей плотины.

Потребность в хлебе, а особенно – мороженном достигла своего пика. Магазин оказался на участке Лихачовка-Карабазовка. Сразу за плотиной следовало уйти направо. На берегу, ребята увидели пару велосипедистов. Мы встретили их ещё раз, сидящих на берегу и изучающих карту. Состоялся примерно следующий диалог: «Привет! А мы тоже велосипедисты. Вот решили испытать себя на воде»,- на что они ошарашили нас ответом: «А мы водники. Вот решили попробовать велосипед…» Дальше общаться было сложно, так как нам нужно было пройти узкое место – остатки опоры старого моста, а течение после плотины усилилось.

В один момент у моего напарника началось что-то на подобии истерики, и лодка поплыла задом против течения. Из эмоциональных фраз удалось разобрать, что была замечена черепаха. Проделав какие-то невероятные маневры, нашему штурману срочно понадобилось изловить пресмыкающиеся, что изо всех сил пыталось удрать, но тщетно. Вот оно на корме. Я пытаюсь уговорить мужчину взять весла и отпустить маленькую несчастную рептилию к её домику, деткам или маме. Но штурман начал доказывать, что это не критично, и черепаха должна быть непременно сфотографирована. Я уже начала думать, где будет жить наш новый домашний питомец. Вот так вот в спорах мы добрались до завала, где заодно и устроили обед. 

Место было не совсем романтическим – густой тучей нависали насекомые. Рома долго не мог найти рептилию, но она никуда не убежала, просто спряталась. Черепашка осталась на мегапикселях нашего фотоаппарата, и взволновано поплыла, наверное, в сторону своего дома.

Стоянку для лагеря искали очень долго. Ничего для этого не годилось – крутые песчаные склоны в сосняк, или некрасивое болото, или дорога, которой ездят местные на джипе. Но, в конце концов, обнаружили подходящее место под тополями с теплым кострищем.

День третий, 3 мая (8.10 с. Млинки – 19.50 около с. Стаси)

Дистанция –51,77км

Ср. скорость – 6,6 км\час

Макс. Скорость – 12,7 км\час

Время в пути – 7 ч. 49 мин.

День четвертый. Последнее утро похода было особо приветливым. Никто уже никуда не спешил – понимая, что прекрасно успеваем догрести до Полтавы. Утреннее солнце высушило почти все вымокшие за поход вещи.

Вскоре мы оказались возле обноса, у моста довольно странной конструкции, являющей собой какие-то спаянные трубы.

Возле моста следует очень осторожно швартоваться – из него торчит арматура. Алёнка когда-то была в этой точке в велопоходе и призналась, что ехать здесь было немножко страшновато (попадая колёсами в желобки). 

Береговая линия начала сильно меняться – набирать признаков цивилизации: деревянные избы для отдыха, насосы, люди, моторные лодки и большое количество рыбаков. Маевка продолжалась – люди выехали за черту города жарить шашлык, но почему-то не спросили, каково нам будет от этих запахов на нн-ый день похода с довольно строгим питанием. Мы даже нашли прекрасное место с причалом для байдарок, где у берега было что-то на подобии кафе с надписью «шашлык», но главного шеф-повара на месте не оказалось, и мы поплыли дальше. Вода была усыпана тополиным пухом и облетевшим цветом от деревьев – поэтому выглядела не столь привлекательно для купания, как во время первых дней похода. Но стоит отметить, что вода в Ворскле очень чистая и почти отсутствует запах. Известно, что фауна в такой воде – богатая. Рома увидел-таки бобра, но только дохлого. А вот за день узреть девять живых черепах, рака на поверхности реки и щуку на крючке у рыбака – настоящая удача.

Очень важным заданием этого дня стало выбрать хорошее место для отдыха и обеда, так как времени было полно. Такое место мы нашли, но засиживаться долго не получилось, потому что собиралось на дождь. Решили потихоньку грести в Полтаву. Но, сделав несколько движений вёслами,

увидели многоэтажки и осознали, что мы уже на месте – вот и тот самый пляж у моста. Физическая подготовка на 4-й день стала другой – и было непонятно, как теперь вышло так быстро передвигаться, думая, что мы гребем «на расслабоне». Этот последний кусок мы с Ромой решили махнуться местами: он стал рулевым, а я – загребным. Немного пришлось приспосабливаться. Не скажу, что нам понравилось. Мне стало понятно, почему Вове так надоела Олина макушка. 

На причале остался последний шанс насладиться байдаркой - и все желающие погребли налегке, вывалив на берег вещи. 

Байдарка становиться очень маневренной без лишнего веса. Дальше мы тщательно вымыли наши судна и сдали их владельцу. Удобно, что от места финиша до вокзала идти всего 10 минут.

День четвертый, 4 мая (9.00 с. Стаси– 16.40 Полтава)

Дистанция –28,06км

Ср. скорость – 6,6 км\час

Макс. Скорость – 7,7 км\час

Время в пути – 4 ч. 13 мин.

Всего было пройдено около 150 км. за три с половиной дня.

Наш поезд приехал в Одессу достаточно поздно, и все дружно опаздывали на работу. Для участников этой затеи, очевидно, поход удался. Не знаю, уместно ли так много грести, удивляя потом кого-то почти 8-ми часовой работой веслами, но точно знаю, что водный туризм на Ворскле -  занятие очень приятное. Конечно, лучше включить в такой поход полуднёвку – места уж слишком живописны и требуют полной релаксации.

Очень важной составляющей нашего водного похода была компания. Всегда приятно быть в окружении людей, «что не заглядывают в паспорт», и живут ярко, с удовольствием открывая для себя что-то новое.

Чтобы посмотреть больше фото - тыць сюда
Трек - клац сюда


метки: сплав на каяках,сплав на байдарках, Ворскла сплав, Клементовое сплав, Украина водный туризм, Полтавская область водный туризм, водный поход по Ворскле.

Альтернатива альтернативних поглядів...

Прогулюючись вздовж моря в Одесі, куди нещодавно занесли мене обставини, я спостерігала лазіння по високому стенді. 

Трансляція думок привела мене тоді до висновку, що таке інженерне рішення – могучий PR для розвитку скелелазіння, беззаперечний каталізатор у тренуванні витривалості, психічної адаптації до висоти і навиків поводження зі спорядженням (це стосується не тільки скелелазіння, але й альпінізму – наприклад, навики організації ІТО).

 І ось на днях приїжджаю до Львова на змагання в честь відкриття центру скелелазіння «Бухта». Це перший високий стенд у Львові – місті-міліоннику. Всі інші міста подібного масштабу вже давно мають аналогічні центри скелелазіння. Львів’яни теж, нарешті, зробили цей крок. Хоча стає зрозумілим, чому у них даний процес затягнувся: близькість скель - Довбуша, Чортиків, де можна лазити з нижньою за хорошої погоди всі 3 сезони. З іншої сторони, зауважте, новачок, приходячи на стенд, і не маючи чіткого поняття про скелелазіння, дивується низьким фанерним стінкам. «І шо – ото є скелалазіння?». В його уявленні дивакувата конструкція виглядає абсурдною у порівнянні з враженнями від фільму «Скелелаз» чи «Вертикальный предел». Або розглянемо любителя, який дуже боїться зривів із нижньою (маю дуже багато таких знайомих, особливо у Львові). Вже доказано авторитетами, що позбутися паніки допоможе тільки відпрацювання зривів. А швидке вщеплення у відтяжку із фактором тиску висоти під ногами де відпрацюєш?

Нещодавно мала необережність отримати травму. Читала багато статей на тему реабілітації. І всі буржуйські гуру в один голос співають про відновлення аеробними тренуваннями у даному випадку. Моїм гуру став Ерік Хернст. Отож, після зняття гіпсу і ЛФК відчуваю, що пора повертатись до улюбленої справи. Лажу траверси на болдрінговому стенді, адже найбільш доступний високий стенд в Одесі на відкритому повітрі не працює у зв’язку із тим, що в місто прийшла справжня зима. Подібні тренування приїдаються надзвичайно швидко, та ще й скрутки, які потрібні дуже часто при траверсуванні, напружують хворі зв’язки. Пробуєш долучитись до болдерів, а рука відмовляється тримати зацепу і тим більше – робити динамічний рух.

Це була прелюдія із думкою, заснованою на власному і чужому досвіді і прочитаній літературі. А тепер про самі змагання. Перше враження – місцезнаходження. Справжні прихильники «альтернативного» світосприйняття повинні зацінити промислово-урбаністичний дизайн екстер’єру приміщення стенду «Бухта». Особисто я була в захваті. В контрасті отримуєш надзвичайно продуманий і охайний інтер’єр. Перші враження від змагань отримую зі слів знайомих, які лазять в першій групі. Ні каплі невдоволення. Прогулююсь між площинами із фотоапаратом і насолоджуюсь атмосферою.

 Висота болдрінгового сектору – як у київському «Зіллерталі» чи «Апі» - найбільш сучасних болдрінгових конструкціях, побудованих за прикладом американських і європейських залів. Мати ідеальні. Зауважте, що навики падіння і зістрибування з болдеру теж повинні відпрацьовуватись новачком із інструктором чи тренером. Серед постановників проблем знаю тільки Кушніра Вову, який має досвід у цій справі. Зрозуміло, що навиків проведення змагань у хлопців – засновників Центру скелелазіння, небагато, а то й немає. Але я лазила й дуже цікаві болдери, або спостерігала як лазять їх інші. Може, я не така вибаглива до різноманітності проблем, але кожна проблем  була продуманою. А ілюзія «ростових болдерів» – пройдений етап. 

Дуже шкода, що на тернопільскому сайті з’явилась стаття із критикою напоказ під виглядом альтернативного мислення, не підтверджена раціональним зерном, а підкріплена тільки суб’єктивізмом. Далі з’явилась інша альтернативна думка, аби хоч трішки пом’якшити шок від попередньої. Посипались коменти. Думки розділились на фронти. Це не піар – а дешеве перемивання кісточок якоїсь мумії, яка сидить у кожному критиканті. Я не люблю бути категоричною, але я змушена втрутитись, адже два фронти думок описали призерки змагань. Тому моє 3-є місце змушує мене теж вставити свій п’ятак.

Я їхала на велику подію – відкриття найкрутішого в Україні скелелазного центру «Бухта». І я потрапила туди, куди хотіла потрапити. Моє плебейське сприйняття бачить тільки розмах, який натякає на уміння реалізовувати неможливе, на перспективу росту і щире бажання вдосконалюватись. Ніхто не застрахований від помилок, особливо, якщо відкриття цього мега-комплексу довго затягувалось. Я знаю, що значить будувати стенд і як часто вилазять «косяки». Але хлопцям потрібно було найшвидше зробити відкриття, аби зал зажив і почав відбивати затрачені ресурси: час, кошти, працю. Думаєте, їх не діставали питаннями «ну коли вже?..» Десь не розрахували, а десь пішли на компроміс. Інші речі приходящі: досвід набереться, музика буде драйвовою, невдоволені мовчатимуть, зима замінеться весною – в залі стане тепло, а влітку там буде прохолодно, спонсори наступних змагань знайдуться, зацепи закупляться. А критикант нарешті навчиться підійти особисто або написати приватним повідомленням, чи звичайним коментом, м'яко (!) свою емоційну думку (яку свідомі організатори і так врахували ще до того, як вона виникла у голові критиканта).

До організаторів. Добре діло робите – допомагаєте людям насолоджуватись життям, розвиватись, цікаво проводити час, бути у формі і мати здоров’я. Це сміливий бізнес, хоча і ризикований. Тепер багато що залежить від вас, від уміння бути командою вашого головного судна і правильно ним керувати. Я дуже сподіваюсь, що вітри до «Бухти» не потраплятимуть, а найкращі кораблі тут закинуть свої якорі.

З повагою до всіх, Ольга Ящук.
Фото змагань 

о неких волнах...

Странно иногда получается. Напишешь стих, а через день как-то, в каком-то поезде читаешь то, что уже было написано в 1916 году Анной Ахматовой и понимаешь, что волну одну и ту же ловили. Пусть и на разных языках, пусть мне далеко до большой поэтессы. Но интересно как-то... Думаю стихи эти друг друга дополняют. Хотя могу и ошибаться... 

Анна Ахматова
Все отнято: и сила, и любовь.
В немилый город брошенное тело
Не радо солнцу. Чувствую, что кровь
Во мне уже совсем похолодела.

Веселой Музы нрав не узнаю:
Она глядит и слова не проронит,
А голову в веночке темном клонит,
Изнеможенная, на грудь мою.

И только совесть с каждым днем страшней
Беснуется: великой хочет дани.
Закрыв лицо, я отвечала ей...
Но больше нет ни слез, ни оправданий.
1916. Севастополь

Ольга Ящук

В цій пісочниці б’ю все горохом об стіни,

Навіжена, зациклена, дивна дитина.

На граблі наступаю щодня і постійно,

Без «пустого в порожнє» немає і днини.

Я не знаю де був наглядач мій суворий –

Легко бути собою і забути про себе.

Не диктує більш віршів муза схиблена, хвора.

Пам’ятаю що мусять. А що мені треба?

Не пробачать вже ті, в кого зламані крила.

У самої тепер серце, сповнене тріщин.

Та любов не горіла, а тільки іскрила,

Цю любов хворий мозок не повністю знищив.

Дайте шанс, поки ще не така безнадійна,

Бо у мене, нажаль, де не ступиш – болото.

Наглядач вже не спить  (заховала снодійне),

Зі слідів шиє лілій м’яку позолоту…

Вот еще. Написано мною немного раньше, а Анной позже в ее жизни.

Анна Ахматова
Из-под каких развалин говорю,
Из-под какого я кричу обвала,
Как в негашёной извести горю
Под сводами зловонного подвала.

Я притворюсь беззвучною зимой
И вечные навек захлопну двери,
И всё-таки узнают голос мой,
И всё-таки ему опять поверят.
<1959>, Ленинград

Ольга Ящук

Безысходность

Пленяет лунный свет просторы гиблых узниц,

глоток раскаяний вливается в глубины,

и вечность, вся в проказе, тянет руку,

от стен толкает холод жгучей льдины.

И сколько, вы скажите, ждать рассвета,

безмолвно гибнуть в безысходности бездействий,

бежать от мысли, что скребет: «Не подземелье – это???»,

давить улыбку (крысам для приветствий)?

А влажность почвы ждёт, пока проникнет Солнца лучик,

но лишь злорадствует в гниении здесь воздух.

В зрачках, заломленных сквозь призму дней, застыли тучи,

да не видать уж больше и рассветов новых…